Из целого ряда источников в унисон получены сведения о том, что российским СМИ и политтехнологам дана команда на постепенную (но быструю - времени мало) смену риторики с "безальтерантивного минска" на сожаления о "потерянном шансе-2014". Приказано извлечь из мусорной корзины термин "Новороссия" и начать вновь двигать его в массы потребителей.
Что это значит? У меня - два варианта:
[Читать дальше]Вариант-1: В Кремле очень боятся войны ПРЯМО СЕЙЧАС и используют "старое пугало для Порошенко" в качестве последнего аргумента. Мол, "если не угомонишься и не вернешься в "сакральный минск"- мы вытащим вот это..." Логично и даже (с их точки зрения) - здраво. Только вот напугать "лучшего выбора" Новороссией можно было, максимум, полтора-два года назад. Сейчас - уже нет. Подготовка к большой войне запущена и ее начало - лишь вопрос времени. Сейчас такая "пугалка" только подстегнет укро-командование к более радикальным действиям, а "дорогих американских партнеров" только дополнительно разозлит. Впрочем, понимают ли это в Кремле - большой вопрос.
Вариант-2: Наконец, спустя почти 4 года после того, как это стало ясно всем умным и непредвзятым аналитикам, на Старой площади догадались - "почетной капитуляции" на Донбассе (с "разменом" его на "замораживание Крымского вопроса" и частичной отменой санкций) - не получится. Выбор невелик - между безоговорочной капитуляцией (с последующим ускоренным марш-броском по пути Милошевича) и войной. Не мировой, естественно, - США будут воевать на Украине до последнего русского солдата (для них, в отличие от свихнувшихся укро-нацистов, русскими являются обе стороны конфликта) и не станут рисковать обменом ядерными ударами. Разве что, если будут уверены, что им никто не ответит.
Что нам делать в данной ситуации? "Нам" - это людям, относящим себя к "третьей силе" - то есть патриотам и русским националистам?
При всем понимании "грязной изнанки" кремлевских мотивов, полагаю, мы должны использовать новый шанс (если, конечно, он не ограничится "птичьим базаром" по вышеуказанному "Варианту-1"). Война все равно неизбежна и от нее нам не скрыться. Поэтому, сейчас надо принять срочные меры, чтобы новый этап борьбы за Новороссию снова не оказался в грязных лапках сурковского жулья - всяческих бородаев-захарченко-антюфеевых ("имя им- легион"). Просто потому, что эти (как бы их помягче назвать?)... существа не только все прогадят и продадут сами, но и нас "сольют". Вместе с тем, что еще осталось от России и Русского народа.
В общем, надо думать и действовать. Кое-что я уже планирую предпринять. Ради сохранения страны и народа можно и нужно идти на любые тактические союзы с теми, кого тоже "списали в утиль" их "дорогие западные партнеры". Получится, или нет - не знаю. Но писать об этом, конечно, в открытом режиме не буду.
П.С. Как там в культовом сериале? - "Удачи вам всем в будущих войнах!".
Рекомендую ознакомиться. И, действительно, не понимаю возмущения граждан в отношении какой-то там мадам Митрофановой (сестры депутата и т.п.). Если у нас Порошенко - "уважаемый партнер" и "лучший выбор Украины" (цитирую Наногения), то почему его сторонники не имеют права выступать в Русском доме во Франции вместо, допустим, "донецких хохлов, которым ничего не обещали"? Кстати, если уж на то пошло, то и "донецким хохлам" Москва любезно предлагает сдохнуть за 15 тысяч рублей в рамках борьбы за возвращение в состав Украины в статусе жителей Отдельных районов (ОРДИЛО). И это вполне гуманно, поскольку пана Захарченко и пана (как его там... который вместо пана Плотницкого?) никто "уважаемыми партнерами" и "лучшим выбором Донбасса" на дипломатических сходняках не называл. Поэтом и их подчиненным никакого места в "русских домах" (возглавляемых обычно евреями) не полагается.
Вопрос, помеченный желтеньким, заинтриговал. Поискал, выяснил: сейчас Россотрудничеством руководит г-жа Митрофанова Элеонора Валентиновна, сестра известного депутата, креатура самого г-на Лаврова, - то есть, патриот до мозга костей, кадровый и карьерный, а следовательно, ни о какой "завербованности" не может быть и речи: обычные livor mortis, и только.
Когда у человека по каким-то причинам отсутствуют необходимые предусмотренные природой органы - их, иногда, заменяют искусственными протезами.
В последнее время мы совсем не слышим нашего "президента" в случаях, когда он, по идее, должен что-то сказать. На дебаты, как положено кандидату в президенты, он не ходит категорически. Ну, это ладно, негоже, наверное, существу, воображающему себя "царем", дискутировать с им же назначенными "специально обученными холопами-кандидатами".
Но отвечать на выпады в адрес собственного государства, произнесенными из уст глав соседних государств - это почти обязанность.
[Читать дальше]Но вместо нашего Наногения на "неудобные" выпады отвечают практически всегда другие людишки. Не простые конечн,а из "элитки". Чаще всего - штатный элит-скоморох для эскортных услуг Песков. Но есть в запасе и фигуры покрупнее - Пушков, на пример. Существо элитное, слов нет...
Российский сенатор Алексей Пушков отреагировал на заявление президента Украины Петра Порошенко о том, что Киев будет вести переговоры с Москвой только на определенных условиях.
По мнению российского политика, украинский лидер ошибся, так как Украине переговоры нужны больше, чем России.
«Порошенко что-то спутал: Украине переговоры нужны больше, чем России. Киев не в том положении, чтобы ставить условия», — написал Пушков в Twitter.
Ранее российский сенатор объяснил, почему речь Порошенко в Мюнхене провалилась.
Однако вопрос остался:
Если вместо лица, именуемого президентом, практически всегда говорит кто-то другой, то, может, у самого Наногения мозги отказали? Или его в природе вообще уже не существует ,а есть только кукла-заменитель и куча протезов на каждый случай?
Впрочем, это я так... в порядке зоильства... Верю - есть Он... живехонек. Цветет и радуется, насколько это возможно для его возраста. Но без протезов управлять страной у него не получается никак. Не способен. Рожденный пресмыкаться - летать не может.
Что касается меня, то я затруднился дать однозначный ответ. Уверен, что в окружении Наногения у очень многих есть колоссальное желание сдать Донбасс без всяких гарантий по Крыму. Но у другой части, наверняка, есть понимание того, что "пройдя эту ступеньку" - уже не остановиться до самой Гааги. Ну, я надеюсь на это... Ну а в остальном - если миротворцы будут введены на Донбасс - то в таком случае "майдан" станет неизбежным. С участием патриотов и националистов (ну тех, кого не успеют посадить или убить).
Пока в Кремле "чешут затылок" на предмет вечного российского вопроса "что делать?" - коротко напомню тезисы, на которых единственно возможно "(если, конечно, исключить позорную капитуляцию, автоматически переходящую во внутреннюю смуту) завершение войны на Украине.
Украина в своем нынешнем виде - это чётко антироссийский (и конкретно - антирусский) проект. "Переформатировать" её путем поддержки неких (существующих на бумаге и в воображении отдельных туповатых чиновников) "здравых сил", при наличии постоянной поддержки и подпитки со стороны США и их сателлитов, - занятие сродни ношению воды в решете. Поэтому необходимо - Разгромить ВСУ и ПОЛНОСТЬЮ лишить Киев возможности продолжать войну. Это можно сделать, лишь прекратив существование Украины, как единого суверенного государства.
[Читать дальше]Самый простой и логичный путь в реализации данного плана - отторжение от государства "Украина" русской Новороссии в составе областей: Донецкой, Луганской, Днепропетровской, Харьковской, Запорожской, Херсонской, Николаевской, Одесской (минимум, возможны варианты "в сторону увеличения"). На данной территории необходимо создать дружественное РФ государство Новороссия, с прицелом на последующее воссоединение с РФ (а также, в перспективе, с Белоруссией, Малороссией и Приднестровьем, а также, возможно, с Молдавией) - в союзное государство, которое будет с более-менее полным основанием претендовать на историческое название РОССИЯ. Лишённая трети территории и населения, двух третей промышленности, днепропетровской электроэнергии, донецкого угля, харьковских военных заводов, одесского порта и т.п. - киевская хунта дальше воевать не сможет "от слова совсем". На указанных территориях (при условии, что их руководство не будет формироваться "на принципах Владислава Суркова-Дудаева" - т.е. - "возьмем самое жидкое дерьмо и завернем в конфетную обертку") -вполне возможна самодостаточная экономическая деятельность - в тесной увязке со страдающей от нехватки мощностей и рабочих рук экономикой РФ. При нормальном подходе к населению (не как к "завоеванному", а как к освобожденному) - "украинского сопротивления" на этих территориях можно или вообще не ожидать, или оно будет мизерным и стремящимся к нулю. Да, объём проблем и задач будет грандиозным... куда как больше, чем "проблема" вывести на улицу какой-нибудь "бессмертный полк". И на порядок труднее, чем всякие идиотские "сирийские авантюры". Но другого пути нет. Иначе - продолжение вялотекущей войны, неуклонно скатывающейся к поражению, смуте и последующему развалу РФ.
И, да, без "революции сверху" - масштабной очистки высших органов власти и управления РФ от агентуры Запада и олигархов-саботажников- не обойтись никак. И симулировать такую революцию не получится. Иначе ими будет включен "сценарий" времен Русско-Японской войны и первой русской революции...
Пойдет ли на такой сценарий Кремль? Сильно сомневаюсь - от него удрали без оглядки в 2014-м, когда реализация была на порядок легче, резервы - не растрачены, а авторитет власти - как никогда высок.
Поздравляю Наногения, Его Кума Медведчука, Асланбека-Владислава Суркова-Дудаева, а также весь Их Всетупейший и Всежаднейший Синклит с официальным провалом "сакральных минских договоренностей" (пока только "во втором чтении, но уже "на сносях"). Верховная рада приняла закон о реинтеграции Донбасса
Мёртворожденный с первого дня "накидывания на коленке", этот "плод" очень скоро "аукнется". Попытка избежать неизбежной войны в условиях, когда в ней можно было легко и почти безкровно победить (пожертвовав лишь баблом в иностранных банках) - приведёт к войне в условиях тяжелейших (и не факт, что победоносной), или к позорной капитуляции. Причём, по общим последствиям, оба варианта примерно одинаковы - ибо ведут к смуте. И, да, с бабалом все равно придется распрощаться. Очередной раз с грустью остается повторить афоризм сэра Уинстона: "Тот, кто выбирает вместо войны позор - получает и войну, и позор".
"Итак, очередная попытка реанимировать Минск, предпринятая руководством России, пришла к своему закономерному финалу. В очередной раз, поочередно, Путин предложил вернуть все(оружие и Донбасс) в обмен на Крым, Песков заявил что Минск наше фсе, а Лавров зауважал территориальную целостность Украины, за исключением Крыма, и в очередной раз все трое были посланы "украинскими друзьями и партнерами"... далеко."
Этот раз, указание конкретного адреса, выглядело особо красиво, и приобрело форму голосования за законопроект №7163, ставящий Россию в неудобное(мягко говоря) положение.
Эти события более-менее точно прояснили будущее Донбасса, а оно, увы, печально, и приобретает форму некой гипертрофированной НКР(Нагорно-Карабахской Республики), но с некоторыми нюансами, которые, по сумме ошибок строителей ДЛНР, делают положение Республик намного хуже Карабахского.
Первое, и, пожалуй самое болезненное, отличие - отсутствие легальных документов. Практически все непризнанные Республики, в той или иной форме, паспортизированны государствами-создателями, для Донбасса этот момент упущен в 2014 году, и вряд ли теперь РФ пойдет на смену внешнего курса ради каких то "полукаклов".
Одновременно уменьшается численность людей имеющих действительные паспорта Украины, что, в свете постепенного разрыва связей между дончанами и Украиной, ведет к появлению в Европе более миллиона апатридов, имеющих вместо документов, никем не признанные паспорта, с которыми можно посещать только РФ, и то, с рядом ограничений.
Второе отличие - ни одну из Республик не блокировали со всех направлений, даже ПМР поддерживает вполне нормальные связи и с Молдовой(в Тирасполь с Кишенева можно спокойно съездить на электричке, пройдя формальный погранконтроль, экономика, культура и спорт во многом интегрированы), и с Украиной(до 2014 года). Донбасс же имеет на Западе линию фронта, а на Востоке границу, пограничники которой не в курсе наличия ДЛНР, зато свято уверенны что "Донбасс цэ Усраина" и соответственно себя ведут. Даже если пересечь границу - вас поджидает ласковые и добрые УВМ УМВД, Налоговая и Таможенная службы. Так что нормальная миграция и бизнес становятся практически невозможными, до самого момента признания Республик, а то что этот момент наступит вызывает обоснованные сомнения. На это налагаются регулярные попытки луганских и донецких Больших Пап, срывать и те минимально дозволенные связи с Россией, в пользу более выгодного гешефта, с их недавними шефами, сменившими прописку на киевскую. В сущности местные элиты, так ловко выбранные Москвой, не заинтересованны в любом движении, их как раз устраивает гетто.
Структура экономики - в отличии от предыдущих карликовых Республик, даже треть Донбасса это многомиллионный регион, на территории которого непросто найти участки где нет ничего экологически опасного. Развивать здесь туризм или выращивать овощи, вместо нормальной промышленности, как пытались наногении в Москве и Донецке, попробовать конечно можно, но толку, боюсь, не будет. А для развития добывающей и тяжелой промышленности нужны белые схемы, которые, в условиях полного непризнания, невозможны, максимум - эксплуатация уже действующих шахт, с вывозом угля в государство, присутствия которого на Донбассе нет, для дальнейшей перепродажи в государство, которое с агрессором не торгует. По поводу неотвратимой экологической катастрофы, при продолжении нынешнего курса, в период моей последней поездки в Донецк, знакомый озвучил позицию верхов(не донецких) - "Европа не допустит", после чего я умолк, окончательно сраженный градусом бреда уровнем стратегического мышления.
В четвертых - отсутствие баланса страха. Если кратко - что в НКР, что в ПМР, стороны НЕ ЗАИНТЕРЕСОВАНЫ в эскалации конфликта. Молдовская и приднестровская армии примерно равны, а Азербайджан и Армению устраивает образ врага, с которыми ведутся вялотекущие позиционные бои, по цене и потерям сравнимые с большими учениями, к тому же проводимые в относительно безлюдных местах. В добавок к этому, серьезные игроки не заинтересованы в эскалации конфликта на данных направлениях, слишком мелко и далеко. Ситуация в ДЛНР принципиально иная - конфликт происходит между США и РФ, сама Украина имеет огромный резерв по людям и технике, и постепенно накачивает военные мышцы, что просто гарантирует размораживание данного конфликта в обозримой перспективе(от года и до ...). На это налагается просто дикая конфигурация фронта(привет наколенному плану и генералу Ленцову), которая вынуждает военное руководство сторон принимать активные меры, для обеспечения своей безопасности.
И последнее - помимо экономической выгоды, для Киева и Москвы, от существования огромной серой зоны, США и Украина искренне верят в крах РФ по советскому сценарию в ближайшей перспективе, а Москва - в вразумление нэньки силами ЕС, по грузинскому сценарию. А это, в свою очередь, гарантирует две вещи - максимальное затягивание конфликта, пока есть хоть тень надежды на победу без большой войны(Россия не хочет окончательно рвать с украинцами, потому как санкции и труба, а Вашингтон не хочет обострять с европейскими партнерами), и попытку решить силой оружия, если не выйдет по другому.
Кратко резюмируя - получаем гетто с полностью бесправным населением, не имеющим, в большинстве своем, признанного ООН гражданства, с рушащейся инфраструктурой, постоянными боями, и большой войной на горизонте. Все это будет покрыто сначала пропагандистским бредом, а потом мертвой тишиной. Не удивлюсь если через год-другой статьи о Донбассе будут выпиливать с интернета, и ТМ русскомирные братья, и киевские небратья, ибо нечего портить благолепие пэрэмог и вставания с колен.
Украинские вооруженные силы начали усиленно стягиваться на Донбасс. Переброска боевой техники и личного состава (в дополнение к уже имеющемуся) идёт полным ходом.
Замысел очевиден: вперед выборами в РФ - нанести массированный (ограниченный - на каком-то одном участке, или по всему фронту - тут могут быть варианты) удар на Донбассе, разгромить "регулярные корпуса" (доведенные, усилиями "кураторов", до весьма жалкого состояния и, вдобавок, деморализованные) и поставить Наногения перед дилеммой - "уступить", по-традиции сделав вид, что "ничего особенного не происходит - ленивые донецкие шахтеры всё сами сдали и, вообще, всё это - внутреннее дело Украины", или "ограниченно воевать", попытавшись спасти республики, пойдя на открытый (или плохо замаскированный) прямой ввод крупных сил ВС РФ.
[Читать дальше]В первом случае, Донбасс будет достаточно быстро захвачен и "зачищен". Что нанесет финальный удар по жалким остаткам "патриотического имиджа" Наногения, серьезно обострит системный кризис в РФ и станет этапом к очередному повторению "сценария Милошевича".
Во втором - укры постараются закрепить результаты первоначального удара и "нырнут" в новую стадию ни к чему не обязывающих их "переговоров минского формата". А РФ получит очередной "ушат" еще более жёстких санкций. И "лягушку продолжат варить медленно".
С точки зрения США (именно они в ручном режиме руководят всей деятельностью Киева) - ситуация безпроигрышная. Уже совершенно ясно, что "идти на Киев" Путин не готов ни морально, ни (что важно) - материально. Просто потому, что крепко залез в "сирийский капкан" и еще долго из оного не выберется. (Буквально вчера узнал, что, в порядке замены, в Сирию отправилось одно из элитнейших и боеспособнейших подразделений спецназа ВС РФ). Если вообще выберется.
С точки зрения "игры за Кремль" (вынужден оперировать такими терминами, чтобы не сорваться в безсмысленную брань) - ситуация вообще "никакая" и шансов на сколько-нибудь успешный исход не имеет в принципе.
Прогнозирую, что кремлёвские гномы будут вести себя (до самого "часа Х") в своей традиционной манере - то есть, будут надеяться "на авось" и ничего не делать. А когда "грянет", начнут метаться, как выкуриваемые из щели тараканы, ожидая решения обгадившегося в хлам "Самого". А "Сам", вероятно, постарается (как он всегда поступает) "не до конца полусделать" оба варианта. Что приведёт к пока плохо прогнозируемым, но (совершенно точно) печальным последствиям.
Продолжение беседы с Максимом Калашниковым о сирийской авантюре, которая уже привел к поражениям Кремля на Украине, к потере Приднестровья и к страшной запущенности дел внутри РФ. Чем это грозит?
[Смотреть текстовую версию]М. Калашников: Сейчас на Украине начинается, судя по всему, новый круг нестабильности. Возможно. Может, конечно, Михо-майдан пока не вызвал таких многотысячных толп сторонников. Хотя кто-то за ним пошёл. Но Украину начинает, действительно — вот и Эль Мюрид говорит, я читал статью Эль Мюрида, что на Украине всё-таки подходит цикл новой смуты. С теми же лозунгами люди выходят, что и в 2013 году. Получается, снова Российская Федерация к этому моменту оказывается не готовой.
И. Стрелков: Российская Федерация не готова, в первую очередь, не в военно-техническом и материальном отношении (хотя здесь тоже неготовность колоссальная, намного меньшая готовность, чем в 2014 году), не в моральном плане не готова. Самое главное — не готовы на ментальном уровне наши государственные руководители. Они уже на Украине сдались. Понимаете? Единственное, на что они надеются — это сохранить хотя бы что-то для сохранения своего лица. То есть, Крым. К которому они теперь привязаны и никак не могут его отстегнуть. Это всё, на что они надеются. Поэтому, даже если в Киеве произойдёт новый майдан, новый раскол, что-то ещё, вряд ли Москва отреагирует, хотя бы и так же нерешительно, как в 2014 году. По причине того, что вопрос о санкциях, вопрос о давлении Запада теперь для них является ключевым и решающим. Если, условно говоря, завтра провозгласят где-то в Одессе или в Харькове народную республику, то теперь…
М. Калашников: «Мы умываем руки, всё, всё, всё!»
И. Стрелков: Да, да, да. Это будут показывать по телевизору, и всё. И, условно говоря, даже если появится очередной Стрелков с 50-ю автоматчиками, будет сделано всё, чтобы он не прошёл, а если прошёл — чтобы его уничтожили как можно скорее. Вот, сразу. По причине того, что они категорически боятся и страшатся, обжегшись на молоке, они будут дуть на воду.
М. Калашников: Мне хороший мой друг из Донецка говорил: да вот надо не повторять ошибок, надо сейчас закладывать подполье, пользуясь тем, что сейчас следующий круг борьбы за Украину…
И. Стрелков: Кто будет закладывать подполье?
М. Калашников: Да кто уже? Всё уже, да.
И. Стрелков: Кто будет закладывать подполье? Никто не будет. На Украине, даже если произойдёт очередной майдан, к власти придёт ещё более антироссийская хунта. Ещё более радикальная. И к этому идёт объективно, и это будет, рано или поздно. Если Порошенко будет недостаточно радикален, ему на смену поставят кого угодно: Авакова, и вплоть до Яроша включительно.
М. Калашников: Я наоборот сыграл бы… Но это, опять же, надо играть за страну. Сыграл бы на поддержку какого-нибудь Яроша, «Правого сектора», чтобы быстрее…
И. Стрелков: Максим, они не способны ни на что играть.
М. Калашников: Ну, тем более, что Тиллерсон сказал, что Крым придётся всё-таки отдавать. Это уже понятно.
И. Стрелков: Вы же помните, они же приветствовали избрание Трампа шампанским.
М. Калашников: Тухло. А я тут недавно поместил отрывки из новогоднего «Голубого огонька», с 2016 на 2017 год, где так здорово Трамп в исполнении Стоянова пел. Это понятно.
И. Стрелков: В принципе, мы вкатываемся в очередную стадию системного кризиса, общего, военного, военно-политического и экономического. И он будет только развиваться. Такие новости, о которых мы говорим, они будут практически теперь каждый день. И действия российских властей будут всё более и более судорожными. Вот то, что сейчас объявил Путин, — это, на самом деле, судорожный шаг. Совершенно судорожный шаг.
М. Калашников: Да, согласен.
И. Стрелков: Он нелогичен, но, собственно говоря, вся операция в Сирии противоречит любой логике. В общем, ещё раз, резюме. Дай Бог, чтобы наш экспедиционный корпус убрался из Сирии до того, как его разгромят. То, что Асад в итоге потерпит поражение, я, к сожалению, в этом не сомневаюсь. Главное, чтобы под раздачу не попали дополнительно наши люди. Но ведь Вы помните, Путин уже один раз выводил, в марте 2016.
М. Калашников: Было такое.
И. Стрелков: Да.
М. Калашников: Потом снова пришлось вводить.
И. Стрелков: Он клялся, что там не будет сухопутного контингента. В результате, там воюют многие и многие тысячи, постоянно, пехоты. Именно русской пехоты. Воюют с очень большими потерями. С потерями, которые в удельном отношении намного выше, чем наши потери в Афганистане. Имеется в виду не общее, сколько там за 10 лет набили в Афганистане, а относительно того времени, которое заняло это.
М. Калашников: Пропорционально.
И. Стрелков: Намного больше потери, чем в Афганистане.
М. Калашников: Ужасное состояние, когда видно, что ты ничего не можешь сделать, а конструкция начинает уезжать вбок. У меня такое чувство уже раз было.
И. Стрелков: Между прочим, на Донбассе сейчас достаточно жёсткое обострение, о котором опять же как-то помалкивают. В среднем, мне пишут, два-три убитых в день, каждый день, среди ополченцев. Это только в районе Донецка, в районе Донецкого аэропорта и Ясиноватской развязки. В районе Ясиноватской развязки такие потери, что людей из других бригад, из других подразделений переводят туда. И так-то некомплект в пехоте, там, 60-70%, а приходится
М. Калашников: Да их просто мелют в этом, как мясорубкой.
И. Стрелков: Да, мясорубка просто. Новые люди не поступают служить, естественно, идиотов нет. Никто ни во что не верит, никто не хочет. А старый контингент, который ещё на что-то годен, — вот его сейчас отправляют туда, перемалывать. И при этом звучат громогласные заявления о победах, о том, что там новый котёл, ещё что-то. Реально украинские войска постепенно продвигаются, захватывают позицию за позицией. Да, это продвижение очень медленное, они чисто тактически, но количество рано или поздно переходит в качество. И я не удивлюсь, если через какое-то время мы узнаем, что занята Ясиноватская развязка, что аэропорт в руках у украинских военных.
М. Калашников: Ну, да, сами минские соглашения подписывались как раз на фоне того, что ведь Донецк оказался охваченным с Запада. Фактически ведь войска-то в лесу стоят у городской черты.
И. Стрелков: Фактически, давайте вспоминать, что когда, к сожалению, меня там уже не было, к моменту подписания соглашений, но это надо было иметь колоссальнейший государственный и военный ум, чтобы оставить украинские войска на позициях, действительно, по окраинам Донецка.
М. Калашников: Это всё равно, что Сталин согласился бы в Финской войне — да пусть ваша артиллерия остаётся в двадцати километрах от Ленинграда, от Питера, в данном случае. А тут ещё ближе.
И. Стрелков: Вообще, даже сравнивать со Сталиным невозможно, потому что Сталин, если воевать — то он воевал. Успешно, неуспешно — но он воевал, по-настоящему, на 100%. Эти недоделкины воюют на четверть и наполовину. Сначала они воевали наполовину, а сейчас они, не знаю, на одну восьмую, что ли, воюют. Они не знают, что такое война, и не понимают вообще её. Но зато это, опять же повторяю, золотое дно, которое позволяет им ультра-, супер-обогащаться. В том числе, верхушке наших военных позволяет обогащаться. Наших силовиков, которые замечательно там сидят на контрабанде сигаретами, что в Луганске, что в Донецке. На контрабанде алкоголем и всем прочим. Которую они крышуют и получают с этого деньги. Я не могу озвучить некоторые фамилии, но мне известны люди в чинах генерал-полковников, лично известны, которые, я знаю точно, очень хорошо зарабатывают на этом.
М. Калашников: Как в Афганистане, когда Афганистан превратился в некий такой… В привитую такую опухоль, болезнетворную, которая начала разлагать общее тело вооружённых сил Советского Союза…
И. Стрелков: Тогда главная опухоль сидела в Кремле.
М. Калашников: Это понятно.
И. Стрелков: Всё остальное — это были мелкие метастазы, которые проникают…
М. Калашников: Но сейчас то же самое, Игорь Иванович, получается. Но я имею в виду ту роль, как армейская верхушка начинает разлагаться, торговый свой гешефт делать.
И. Стрелков: Да не начинает...
М. Калашников: А продолжает.
И. Стрелков: А продолжает. Всё это было и в первую Чечню, и во вторую Чечню, цвело пышным цветом и пахло. Это продолжается и сейчас. Воры и жулики не могут переродиться. Вот их назначь хоть фельдмаршалами, хоть графами, хоть там учёными — они всё равно будут воровать и жульничать.
М. Калашников: В моей жизни это действительно безпрецедентная ситуация. Нет, то что кризисные явления мы уже видели в конце 80-х — начале 90-х — это одно. Другое дело — создать чётко два мира. Есть мир виртуальный, если смотреть телевизор — ну, что, всё нормально, ура, да здравствует, вперёд — одни победы. И есть второй мир — мир реальный. Я понимаю, что победа над электоратом одержана полная, он ничего не понимает, он не шевелится.
И. Стрелков: На самом деле, основная часть населения абсолютно равнодушна к войне в Сирии. Вот абсолютно равнодушна.
М. Калашников: Да, я тоже это понимаю.
И. Стрелков: И надо ещё понимать, что абсолютная, большая часть образованного населения, то есть, того, которое сохранило образование, которое хоть что-то понимает, вообще эту войну, как минимум, не поддерживает. Если какая-нибудь бабушка, насмотревшаяся телевизора, где-нибудь в Волосово или где-нибудь в Сибири и поддерживает путинскую операцию, то Путину от этого, на самом деле, ни тепло, ни холодно. Потому что от бабушки не зависит ничего. Вот вообще ничего. Даже если она пойдёт и проголосует — ну, вот разве что это. Но голосованием не будет решаться судьба ни Путина, ни кремлёвской олигархии. Ну никак. А вот поддержку всего среднего класса, почти всей собственной опоры, всей олигархии и значительной части бизнес-элиты они потеряли уже. Сейчас они опираются только на чиновников и на достаточно узкую группу олигархов, которые с падением Путина потеряют всё, потому что они тоже получили чёрную метку от Запада. Но при этом у них всё равно не хватает мозгов принять срочные меры, потому что они, во-первых, не могут, во-вторых, не умеют и, в-третьих, боятся. Они надеются на прощение. Вот мне интересно, Сечин, который просто обречён при победе либералов, которая сейчас просматривается практически безспорно…
М. Калашников: Безспорно, это 100%.
И. Стрелков: Вот, что он сейчас делает? Почему он ничего не делает? Он что, рассчитывает, что ЧВК Вагнера его спасёт или какие-то другие формирования? Так они не у него в руках. Нет, ну, может они рассчитывают установить здесь военную диктатуру? Но с Путиным военная диктатура невозможна. Более того, даже если убрать персоналию Путина и оставить всю ту компанию, которая собралась, не будет работать ничего.
М. Калашников: Ничего, это жалкая команда, она во-первых, распадётся.
И. Стрелков: Они, во-первых, распадутся, во-вторых, они не смогут объединиться, потому что они друг другу не доверяют. А не доверяют они друг другу потому, что они никогда не выполняют своих собственных обещаний и обязательств. И, в-третьих, они ничего не умеют. И, самое главное, они ни за что не хотят и не умеют отвечать. А какая диктатура может быть, если люди не хотят и боятся ответственности? Не может быть никакой диктатуры. У нас любят ссылаться на генерала Пиночета, вот, нам бы такого пиночета… Очень спорное утверждение, но как бы — возьмём. Пиночет ничего не боялся. Все репрессии, которые он проводил, а репрессии проводил он жёсткие, правильные, неправильные — другой вопрос, но он не боялся их проводить по одной простой причине: он действовал исходя не из корыстного интереса, а из собственных убеждений. Может быть, у него, конечно, и был корыстный интерес. Но особых, насколько я понимаю, миллиардов или миллионов у него не нашли, даже когда его арестовали. Но он исходил из убеждений. И поэтому он действовал жёстко и решительно. И так или иначе он, действительно, заставил Чили пойти по тому пути, по которому хотел, чтобы она пошла, он. А эти на что способны? Они ни на что не способны, они ни за что не могут и не хотят отвечать.
М. Калашников: Да, и на фоне, собственно говоря, принца этого, бен Сальмана, который вот сейчас, на наших глазах, из элитных выродков выжимает 800 миллиардов долларов, здесь — липовые совершенно победы. Что хотят в Саудовской Аравии — понятно, и там действительно реальные достижения. И что они хотят построить, ясно. А здесь — картонная победа, театр, имитация. Совершенно согласен.
И. Стрелков: Если годами набирать в администрацию президента и в управляющие органы не тех, кто делает, а тех, кто умеет красиво доложить и дать картинку, то что может быть другого?
М. Калашников: Ну, нас с Вами упрекают, что мы всё время говорим, что и то не так, и то не этак, а власть, соответственно,…
И. Стрелков: Знаете, более того, нас упрекают и нам говорят: «а вы подскажите, как сделать?». Ну, допустим, мы скажем. Но делать-то нам не дадут. Вот, посмотрите, даже в области создания ветеранской организации «Союз добровольцев Донбасса» кого поставили во главе? Жуликов и прохиндеев. Которые не добровольцы, во-первых, и во-вторых, ничего не умеют делать, кроме как заниматься пиаром. Пиар-специалист Бородай, жулик, прохиндей и пиар-специалист Пинчук, ну, и дальше можно перебирать по пальцам. Козицин жулик бегает патентованный, судимый ещё в советское время, изгнанный из прапорщиков внутренней службы. Вот, пожалуйста, это как слепок, это зеркало, слепок с общей системы. У них на каждое дело находятся только такие же кадры, какие они сами. Что они могут сделать?
М. Калашников: Игорь Иванович, я понимаю, что всё это внешнее спокойствие, что бы там ни считал электорат (верный электорат обработан), — оно сменится такой смутой…
И. Стрелков: К сожалению, я в этом не сомневаюсь. Некоторые упрекают меня даже в злорадстве. Возможно, в некоторых моих постах в соцсетях создаётся впечатление, что я злорадствую. Ничего подобного. Это у меня просто идёт обычная защитная реакция, психологическая. Я понимаю, как всё будет плохо, но мне, как и всем, на самом деле не хочется об этом даже думать, как будет плохо, насколько будет плохо. И я просто так вот ехидствую, чтобы заглушить свою собственную тревогу и, в какой-то степени, ужас перед будущим. Но, в отличие от тех, кто просто ужасается, я понимаю, что надо будет делать и как надо будет делать. Но от этого ситуация легче не будет.
М. Калашников: Да, придётся действовать в условиях дичайшего дефицита времени, кадров, средств — это понятно.
И. Стрелков: Да и я тоже уже не молод, к сожалению.
М. Калашников: Это понятно. Просто-напросто я давно уже живу с ощущением, Игорь Иванович, дежавю, просто в новых условиях. И я понимаю, что им дадут, может быть, переползти эти мартовские выборы, так называемые.
И. Стрелков: Может быть, дадут, может быть — нет.
М. Калашников: Может быть, дадут. Скорее всего, дадут.
И. Стрелков: Система будет рушиться, это понятно. Они её будут взрывать, разрушать. Единственное почему им могут дать переползти и мартовские выборы, и немножко позже, — это потому, что они не готовы оккупировать нашу территорию. Это очень затратное мероприятие, к которому они только начали готовиться. Они только начали создавать группировку в Польше, в Прибалтике и по окрестностям.
М. Калашников: Только занялись внутренней логистикой, построением коммуникаций в Европе.
И. Стрелков: И потребуется год-полтора на то, чтобы сосредоточить необходимые силы и средства. Но, опять же, у них есть свои экстремисты, которые хотят всё и сразу. И у них есть свои безумные совершенно люди, которые вообще ни о чём не думают.
М. Калашников: Это о ком Вы?
И. Стрелков: Помните такую Джейн Псаки?
М. Калашников: Аналог Захаровой, или Захарова аналог её.
И. Стрелков: Аналог Захаровой или не аналог Захаровой, вообще-то, это достаточно крупный чиновник. По всем меркам, и по американским тем более. И, скажем так, человек, который интересовался историей Соединённых Штатов и вообще англосаксонского мира в начале 20 века, то есть, сто лет назад, я могу сказать, если бы тогда чиновник на таком посту один раз сказал то, что сказала Псаки, примерно, то, скорее всего, он бы вечером застрелился. Были совершенно другие представления о чести, и прочее. И если бы он не застрелился, то в любом случае он с позором вышел бы в отставку. И никогда бы его больше никуда не взяли. Но Псаки, как Вы помните, год или полтора озвучивала абсолютный бред, и её в итоге убрали, конечно, но… Так там таких Псаки — море. Англосаксонский мир тоже деградирует. Россия просто, как обычно, находится во главе процесса деградации европейской цивилизации. Саморазрушения европейской цивилизации. Как обычно, нам в этой ситуации достаются самые тяжёлые, самые кризисные моменты. Но кризис-то общий. И кризис элиты западной тоже имеет место. И поэтому, исходя из того, что у них там тоже кризис мозгов и кризис морали, а мораль и мозги всегда связаны, они могут совершать ошибки. Они могут, действительно, считать, что необходимо разрушить, пока есть возможность, скорее, скорее.
М. Калашников: Я думаю, что они всё-таки представляют опасность применения ядерного оружия, что будет ответный удар и что победителей не будет. Я другое считаю, что если такие отморозки и поступят так…
И. Стрелков: Если ответный удар будет. Тут же, понимаете… Вспомните тот же 1917 год, 1991 год. В 1917 году нас была 7-миллионная армия, по-моему. Мобилизованная, боеспособная, может быть, не самая лучшая, но достаточно. А в 1991 году без войны у нас была 3-миллионная армия, со вторым или даже, может быть, первым в мире запасом ядерного оружия. Это спасло страну?
Беседа с Максимом Калашниковым о причинах, которые вынудили Кремль поспешно объявить о «победе» в Сирии. Что за этим стоит? (Часть первая).
[Смотреть текстовую версию] М. Калашников: Добрый день, дорогие друзья. Сегодняшний гость нашей студии — лидер РОНД, он же «Комитет 25 января», Игорь Иванович Стрелков. Здравствуйте, Игорь Иванович.
И. Стрелков: Здравствуйте, Максим.
М. Калашников: Сегодня эфир просто звенит, наверное, — начнём с самого актуального — от объявленной победы в Сирии и вывода войск. Вот буквально несколько часов назад сообщили, что… В Хмеймиме «САМ» сообщил о том, что победа достигнута, всё, войска выводятся. И первое, что приходит в голову: дураки были в Советском Союзе, надо было вывести войска из Афганистана, и объявить, что это победа.
И. Стрелков: Ну, на самом деле, когда войска из Афганистана выводили, примерно так это и обставлялось. Если помните, там транспаранты, торжественный проход войск, торжественный доклад будущего губернатора, теперь уже бывшего губернатора Подмосковья, генерала Громова… Всё это в торжественной обстановке. Тоже обставлялось на самом деле как победа.
М. Калашников: Но ведь мы прекрасно понимаем, что в Сирии никакой победы нет, что там разгромлена одна группировка из многих. И что там, естественно, никакой единой Сирии нет.
И. Стрелков: Нет, ну, Максим, сейчас принято считать победами всё, к чему приложил свои руки (если можно так выразиться) Владимир Владимирович. То есть, что бы он ни сделал — это всегда победа. На Донбассе — победа, на Украине — победа, ну, и в Сирии, естественно, победа. Нет, ну, ясное дело, смотря что считать победой. Изначально, если мы помним (вернее, те, кто помнят, кто ещё, как говорится, не до конца зомбирован нашим зомбоящиком), объявлялось, что наша цель — это уничтожение террористов. Ну, уничтожили, действительно (и то, очень частично уничтожили, просто она перешла к партизанской тактике) одну из террористических группировок. Причём, те группировки, с которыми мы воевали первые 6-8 месяцев и даже больше, первый год фактически, на которые тратилось, ну, наверное, 90% усилий, — они никуда, во-первых, не делись. Во-вторых, они теперь типа считаются уважаемыми партнёрами тоже. Хотя они сохранили свои территории, и Асаду они не собираются подчиняться от слова «совсем». Вы помните, что когда был сбит турками российский Су-24, ещё был тогда сбит вертолёт и убит спецназовец, который участвовал в эвакуации? Это же не ИГИЛовцы сбили, это сбили боевики туркоманских группировок. Но они теперь не боевики больше. На самом деле, Асад контролирует около 55, может быть, чуть больше, процентов территории Сирии. Если можно так говорить, потому что значительная часть территории Сирии, процентов 80, — это пустыня и горы, опять же, пустынные. Остальную, пусть меньшую, но очень значительную часть территории контролируют курды, которые Асаду нисколько не собираются подчиняться. И не собирались никогда, они, в общем-то, против него и воевали до того, как ИГИЛ стал большей угрозой для них, и будут воевать дальше. И так называемые «зелёные» террористы, «зелёная» оппозиция, то есть, те же самые исламисты, только вот не «халифатчики», а именно исламисты местные. В общем-то, не отличающиеся особо ни теорией, ни практикой от «халифатчиков».
М. Калашников: Ну, да, от Наджибуллы в Афганистане это не сильно отличается, в 1989 году. Ну, тоже ведь в Кабуле сидело правительство…
И. Стрелков: Ну, в общем, да. Я понимаю, что подоплёка вывода на самом деле очень простая. Запахло жареным. Все понимают, что в ближайшее время скорее всего в войну открыто вмешается Израиль, который уже сейчас практически ежедневно бомбит на территории Сирии подразделения ливанской «Хезболлы» и других проиранских парамилитарных группировок. Каждый день они наносят удары по сирийским военным объектам, на которых размещены эти союзники Асада, которые, в отличие от наших Военно-Космических сил, никуда выводиться не будут. И, соответственно, если Израиль всей мощью предпримет пусть даже ограниченную военную операцию на юге Сирии и юге Ливана, это будет означать, что Кремль окажется в очень неудобном положении.
М. Калашников: Ну, как, стрелять из комплексов зенитных по Хель ха-Авир, то есть, Военно-воздушным силам Израиля…
И. Стрелков: Это провоцировать ВВС, ракетные силы Израиля, которые достаточно мощные, на уничтожающий удар по нашим военным базам.
М. Калашников: Зато теперь будет, естественно, вывод…
И. Стрелков: Ну, во-первых, до конца вывода, я так понимаю, не будет, то есть, ЧВК-то продолжат воевать, русская кровь продолжит литься. Поскольку, то что мне известно, продолжают активно набирать и гнать туда всё больше и больше мяса. Потому что Асаду воевать нечем. То есть, по факту нечем. Те немногие элитные боеспособные подразделения и части, которые у него были, — они истощены и обезкровлены. А основная масса сирийской армии — знаете, не те. При виде тачанки или автомобиля смертника просто разбегаются во все стороны. Сейчас иранские силы будут подвергаться новым и новым ударам.
М. Калашников: И никто не дерзнёт даже дать в руки сирийцам С-300, потому что они против израильтян, потому что бить будут всё равно по Израилю.
И. Стрелков: Поймите, Максим, дело ведь не только в качестве сирийских военных. Теоретически можно и обезьяну научить из чего угодно стрелять, конечно, не из С-300, но из автомата — можно. А вопрос в количестве. Вы понимаете, что соотношение сил не ограничивается только качеством вооружений. Если бы один танк Т-34 стоил, условно говоря, 10 немецких танков в бою, то в 1941 году уже немцы были бы разбиты на границе. Но соотношение сил выстраивается в количественном качестве. То есть, по одиночке Т-34, может быть, был сильнее двух танков Panzer IV, но четыре его легко били. Просто по количеству, причём, как правило, без потерь. Поэтому можно сколько угодно передать комплексов (ну, относительно, у нас их просто не так много), но если против этого будет воевать самая сильная ближневосточная армия, которой по факту является израильская, то это не поможет. Это просто увеличит материально-технические и прочие потери.
М. Калашников: Но зато я понимаю, Игорь Иванович, другое: уже прозвучало из уст сенатора Слуцкого, что теперь предстоит, оказывается… Да, остаётся минимальный контингент там, охранять Тартус, Хмеймим, но теперь понадобится восстанавливать инфраструктуру Сирии. То есть, получается то, о чём мы и говорили: здесь денег не хватает…
И. Стрелков: Максим, поймите, у этих людей не стоит вопрос нехватки денег. Им вообще наплевать и на Россию, и на Донбасс, и на Сирию. Это новое золотое дно. Это возможность перекачать оставшиеся государственные деньги, которые ещё остались, в свой карман. Восстановить Сирию у России, извините, в её нынешнем состоянии пупок надорвётся. Но украсть на этом сотни миллиардов рублей — это вполне можно, и легко. Ну и давайте, я ещё раз повторяю: война в Сирии не закончилась. На самом деле, если бы был полный вывод наших ВКС, нашего экспедиционного корпуса, нашей военной полиции, и ЧВК тоже (потому что ЧВК по факту — это филиал Российских вооружённых сил, просто неофициальный) — этот вывод можно было бы только приветствовать. Только приветствовать, если бы они были полностью выведены. Потому что итоговое поражение неизбежно. Будет ли оно без нас или с нами, будет ли оно большими силами или малыми — оно всё равно будет. И лучше, чтобы мы убрались до того, как нас там показательно разобьют. Но, простите, объявить — это ещё не значит выйти. Вот сейчас, просто поставив себя на место американцев и всех остальных наших региональных друзей (у нас же там друзей очень много), я бы спровоцировал новое наступление на Асада так называемых «друзей и союзников».
М. Калашников: Ну, как только будут выведены эти 23 летательных аппарата…
И. Стрелков: Максим, эти 23 летательных аппарата ничего там, на самом деле, не решают. Если наступление начнётся на Асада с разных сторон и одновременно, там даже если умножить эту цифру на три, толку не будет никакого. По одной простой причине: даже с ИГИЛом на нашем, левом берегу Евфрата справиться удалось только при активнейшей поддержке американской коалиции, западной коалиции. Потому что по статистике от ⅔ до ¾ авиационных ударов, которые наносились на той территории, которая формально была отнесена к российской зоне ответственности, наносились именно авиацией западной коалиции. 23 самолёта — это всего лишь 23 самолёта.
М. Калашников: Это капля в море, это ⅓ авиационного полка. Но положение насчёт того, что это иная кормушка распильная, так сказать, коррупционная, казнокрадческая, совершенно верно. Причём, я ведь долго сидел на заседаниях комиссии по восстановлению народного хозяйства Чечни. Её вёл тогда вице-премьер Сосковец, во время Первой чеченской. Я прекрасно знаю, какие средства туда кидались, и как они там исчезали. Сейчас нас прост ждёт вторая серия. И вот эти затраты, они будут…
И. Стрелков: Конечно, будут. В Российской Федерации появится ещё несколько миллиардеров долларовых. И несколько мульти-миллиардеров увеличат своё состояние.
М. Калашников: И появится чёрная дыра экономическая, которая поможет…
И. Стрелков: У нас одна сплошная чёрная дыра. Но, я повторяю, во-первых, объявить — это ещё не значит вывести. И, во-вторых, даже если реально хотеть вывести — это ещё совершенно не значит, что удастся вывести, удастся унести ноги из этого болота, из этого капкана.
М. Калашников: Но, скорее всего, дадут.
И. Стрелков: Ну, посмотрим, посмотрим. На месте противника я бы не дал. Но какие у них резоны, какие у них планы — мне рассуждать сложно, я не на их месте.
М. Калашников: Ну, это действительно «великая победа»: истратить в Сирии все ресурсы, которыми можно было решить проблему Донбасса. Ну, истратили, что называется.
И. Стрелков: Потеряли время, потеряли средства и потеряли огромное количество, наверное, уже под тысячу, только убитыми, если не больше.
М. Калашников: И каких людей, какого качества, какого опыта.
И. Стрелков: И там тысячи раненых уже, наверное. Ну, может быть, я ошибаюсь, но убитых и раненых точно больше тысячи. А вот какие конкретные цифры…
М. Калашников: Кто же их предоставит?
И. Стрелков: Да, кто их предоставит, вот именно?
М. Калашников: Иногда просто разум отказывается понимать абсурдность ситуации. Вы занимаетесь чем-то в Азии, лезете в Судан уже, в Африку. Но вы теряете вот здесь, ближние земли.
И. Стрелков: Мы уже много раз это обсуждали. Когда у людей подход заключается не в государственных интересах, не в национальных интересах… Даже не в государственных (про национальные уже вообще молчим), а в интересах, где ещё можно красиво украсть и переложить из государственного кармана в свой — то так и будет всегда.
М. Калашников: Игорь Иванович, на Вашу службу ведь приходилась Аль-Каида как раз?
И. Стрелков: Я не боролся с международным терроризмом в чистом виде, то есть, мне не приходилось, скажем так, в глобальном масштабе. Наши террористы были практически все доморощенные. Ну, там, турки бывали, хохлы те же самые, с Западной Украины, а в основном это местные чеченцы, ингуши, кабардинцы, представители некоторых дагестанских народов. То есть, как-то вот Аль-Каида… Ни символики её в Чечне не было, этой Аль-Каиды, никакой… Была обще-исламская символика.
М. Калашников: Да, то есть, там такого не было. Ну, я думаю, что в данном случае всё равно вывод верен: можно нанести удар по какому-нибудь трижды запрещённому ИГИЛ, но его метастазы живы, они всё-равно где-нибудь прорастут.
И. Стрелков: Они не то, что прорастут, мы, фактически… По-моему, мы в прошлый раз говорили в прошлый раз об этом, ещё раз повторюсь. На самом деле, мы совершили очередной скачок на граблях. Нам, Российской Федерации, в Сирии ИГИЛ не мешал от слова «совсем». Вот совсем. Но туда ехали потенциальные террористы, потенциальные убийцы, потенциальные мятежники, и они там успешно умирали.
М. Калашников: А сейчас они приедут сюда.
И. Стрелков: А сейчас им нет возможности туда ехать. Более того, с высокой вероятностью, они именно поедут сюда, к нам. В нашу Среднюю Азию, в наше мягкое подбрюшье. Просто потому, что там у них непаханное поле, и спецслужбы, и вооружённые силы слабее. То есть, это как вода, или как песок. Его сожми, и он будет вытекать. Она перетечёт туда, где меньше сопротивление.
М. Калашников: Ударь по луже снарядом — брызги полетели. А спецслужбы Узбекистана или Киргизии — это совсем не то, что РФ.
И. Стрелков: Ещё раз повторю: даже если предположить, что мы победили, мы победили в пользу Израиля, в пользу Саудовской Аравии, в пользу турок мы победили, Иордании, может быть. И, конечно, Соединённых Штатов.
М. Калашников: Но при этом, могу добавить. При этом сейчас, на фоне этой победы, приходят сообщения о том, что — всё, Молдавия ограничивает фактически доступ российских граждан (ну, определённых российских граждан) с той территории. Она намерена выдворять из Приднестровья базу и тот самый миротворческий батальон. А уже Евросоюз пустил Приднестровскую республику, вместе с Молдавией, на рынок Евросоюза, мягко отрывая её — пожалуйста, Москва вас не спасает, мы даём вам рынок. На фоне дутых побед на Ближнем Востоке идут реальные потери анклава в Приднестровье…
И. Стрелков: Нет никакой победы на Ближнем Востоке. Давайте не будем это называть, это просто откровенный пиар, это ложь. Это просто обычная ложь. Нет Никакой победы. Не уничтожен ИГИЛ, ИГИЛ просто перешёл на нелегальное положение, перешёл к партизанской войне. Не освобождена вся Сирия. Ни 100%, ни даже 60%. Не закончена война. А Приднестровье — тут всё ясно, мы продолжаем отступать на всех фронтах. По одной простой причине: потому что совершена трусость и предательство.
М. Калашников: Сейчас на Украине начинается, судя по всему, новый круг нестабильности. Возможно. Может, конечно, Михо-майдан пока не вызвал таких многотысячных толп сторонников. Хотя кто-то за ним пошёл. Но Украину начинает, действительно — вот и Эль Мюрид говорит, я читал статью Эль Мюрида, что на Украине всё-таки подходит цикл новой смуты. С теми же лозунгами люди выходят, что и в 2013 году. Получается, снова Российская Федерация к этому моменту оказывается не готовой.
та вообще странные претензии к детской сказке, писавшейся для собственных детей, на основе вымышленного мифо-вернякового мира и лингвоархитектуры, которую автор разрабатывал всю жизнь из интереса…
Comments